ИСТОРИЯ СЛОВ
В. В. ВИНОГРАДОВ

Назад Содержание Вперед

НАКАЗАТЬ. При отсутствии ясного представления о всей системе семантических соотношений слов в разные периоды языка связь разных значений в структуре слова, переход от одного значения к другому, иначе говоря, внутренняя эволюция значений слова, оказываются, чаще всего конкретно не возобновимыми. В самом деле, последовательность развития значений слова воспроизвести почти невозможно, если слово вырвано из языкового контекста, исследователь может лишь определить хронологические грани употребления слова в том или ином значении, а иногда и время возникновения отдельных его значений. Внутренние же мотивы развития значений одного из другого, реальные условия семантического расщепления слова, по большей части, остаются за пределами исторического наблюдения. Они немыслимы вне системы языка в целом. Они фантазируются по догадке, они воссоздаются интуицией. Следовательно, их понимание всегда окрашено субъективным инстинктом исследователя, его поэтической фантазией. Например, известно, что глагол наказывать первоначально обозначал: `наставлять, поучать', затем `предписывать, повелевать'. Например, в «Житии Андрея Юродивого»: «Разсуженiе наказаеть человhка на всякъ путь дhлъ» (Срезневский, 2, с. 291). Возникает вопрос: значение `подвергать каре, казни, возмездию за вину' развилось ли непосредственно из этого значения, так как наставления и поучения — особенно в старое время — могли получать чисто физическое направление, или же тут сыграло свою роль и омонимия с словами типа казнь, казнить (ср. совмещение значений показывать — `давать видеть' и казнить — наказовать в древнерусском употреблении глагола казать). Любопытно, что в новейших списках одного и того же произведения древнее слово каять (т. е. `казнить') иногда заменялось глаголом наказывать. Например, Срезневский отметил в «Житии Андрея Юродивого»: «Гораздо еси насъ наказалъ (в др. сп. накаялъ)» (Срезневский, 2, с. 291). Древнерусскому языку сочетания типа: наказывать батоги или батогами, наказывать кнутом чужды. Даже в 80-х годах XVIII в. Гавр. Ив. Добрынин заметил в своих автобиографических записках: «В канцеляриях обычно пишут: ”Наказать кнутом“. Но наказание есть слово славянское и значит: `научение'. Сенат — в одном только указе — сказал, что ”публичное телесное наказание не есть уже наказание, но сущая казнь“» (Русск. старина, 1871, т. 4, N 6—126, с. 181).

Печатается по рукописи. — В. П.


Назад Содержание Вперед