ИСТОРИЯ СЛОВ
В. В. ВИНОГРАДОВ

Назад Содержание Вперед

Русский Бог. Вследствие отсутствия историко-языковой перспективы в пушкиноведческой литературе обычны искусственные и произвольные сближения традиционных фраз — клише пушкинского стиля — с чужими индивидуально-художественными вариациями на те же темы. Конечно, тут сказывается и недоучет семантического многообразия пушкинского языка, игнорирование пушкинских «применений» там, где они, действительно, подразумеваются поэтом. Намеки и «задние мысли» ищутся и находятся в таких стихах, в которых они маловероятны, лишены индивидуальной направленности и стилистической значительности. Напротив, стирается и затемняется многозначность таких пушкинских фраз, ссылок и цитат, в которых «второй план» очень ощутителен.

Например, принято видеть в выражении русский бог, которое встречается в десятой главе «Евгения Онегина»:

Гроза двенадцатого года

Настала— кто тут нам помог?

Остервенение народа,

Б[арклай], зима иль р[усский] бог, — 3

намеки на стихотворения кн. П.  А.  Вяземского «Русский бог»:

Бог ухабов, бог метелей,

Бог проселочных дорог,

Бог ночлегов без постелей,

Вот он, вот он, русский бог,

(Ср. у Вяземского также в стихотворении «Ухабы. Обозы» из цикла «Зимние карикатуры» (Денница, альманах на 1830 год):

Обозы, на Руси быть зимним судоходством

Вас русский бог обрек — и милость велика.4

или на рылеевскую песню:

Как курносый злодей

Воцарился на ней...

Горе!

Но господь русский бог

Бедным людям помог

Вскоре...

Между тем, выражение русский бог было характерной принадлежностью не только либерально-иронического, памфлетного, но и торжественно-патриотического, одического стиля. Так, у Озерова в «Димитрии Донском»:

Языки! ведайте — велик российский бог!

Ср. в «Военной песне» (Подснежник,1829, с. 121):

Пред богом сим, о братья! в прах главою,

Он наш всегда среди кровавых сеч;

К нему с мольбой заветною святою:

О русский бог! храни российский меч!

Следовательно, крылатый афоризм русский бог — в ироническом применении — был уже коллективной собственностью передового русского общества первой трети XIX века. (Ср. замечание В. К.  Кюхельбекера: «Русский бог не вотще даровал своему избранному народу его чудные способности, его язык, богатейший и сладостнейший между всеми европейскими»).

(Виноградов. Стиль Пушкина, с. 391—392).

3 Ср. в письме Пушкина кн. П. А. Вяземскому от июня 1824 года: «Хотелось мне с тобою поговорить о перемене министерства на Парнасе... Давно девиз всякого русского есть чем хуже тем лучше. Оппозиция русская, составившаяся, благодаря русского бога, из наших писателей, каких бы то ни было, приходила уже в какое-то нетерпение, которое я из подтишка поддразнивал, ожидая чего-нибудь» (Переписка, 1, С. 119).

4 Ср. в письме Вяземского к А. И. Тургеневу: «Русский бог - не пустое слово, но точно имеет полный смысл. Об этом-то боге можно сказать поистине: ”Si Dieux n'existait pas il faudrait l'inventer“» (Остаф. арх., 1, С. 130.). Ср. также: «Со мною пока русский бог, бог всего, что есть некстати» (Письмо Вяземского к жене от 6 марта 1830 // Звенья, № 6, С. 221). Ср. также: «Русская история не оправдывает прекрасной, истинно христианской, в душе Карамзина почерпнутой мысли: главное быть людьми. В ней иногда я вижу адвоката; вижу также иногда и русского бога, он и в стихах уродство, и в истории!» (Остаф. арх., 3, С. 204, письмо А. И. Тургенева кн. Вяземскому от 2 июня 1830 года).


Назад Содержание Вперед