ИСТОРИЯ СЛОВ
В. В. ВИНОГРАДОВ

Назад Содержание Вперед

Смерть, страсть, страх, ужас. Среди [...] типов беспредложно-отыменных наречий, соотносительных с формами существительного, [выделяется...] непроизводительная группа разговорных наречий, соотносительных с именительно-винительным падежом имени существительного и имеющих яркую эмоционально-качественную окраску: смерть, ужас, страсть, страх (нередко в сочетании с как) в значении: `очень сильно' (ср. в том же значении: страшно, ужасно, адски, чертовски, дьявольски, бешено и некоторые другие). Например: «Я ужас как ревнив» (Пушкин), «Иван Иванович ... уходился страх и прилег отдохнуть» (Гоголь), «Когда же им случалось оставаться, Маше становилось страх неловко» (Тургенев, «Бретёр»), «И весело мне страх выслушивать о фунтах и рядах» (Грибоедов, «Горе от ума»). «Я смерть пить хочу», «Ему самому было смерть смешно» (Лесков, «Соборяне»). «Когда же она не говорит ни глупостей, ни гадостей, а красива, то сейчас уверяешься, что она чудо как умна и нравственна» (Л.  Толстой, «Крейцерова соната») (о распространении эмоциональных наречий, вроде страсть какой ловкий и т. п. в женском языке см. Jespersen O. Die Sprache, ihre Natur u. s. w., 1925, S. 233—234).

А. В. Попов — в соответствии с своими общими взглядами на генезис двучленных и трехчленных предложений — выводил происхождение этих наречий из слияния двух предложений в одно: Он смерть бьется (он бьется смерть) первоначально значит: Он бьется так, что может произойти смерть'. Он страх (страсть, ужас) любит значит: `Он так любит, что делается страшно (страх, ужас)' (Синтаксические исследования, с. 89).

(Виноградов. Русск. язык, с. 360).

О слове ужас смотри также в настоящей публикации (ч. 3) статью «Ужасть». — Л.  А.


Назад Содержание Вперед