ИСТОРИЯ СЛОВ
В. В. ВИНОГРАДОВ

Назад Содержание Вперед

ЗНАТНЫЙ, ВИННЫЙ

Омонимность с винный — прилагательное к слову вино (винный запах, винная лавка и др.) является причиной утраты слова винный (ср. невинный, повинный в значении `виновный, виноватый').

Ср. у И. И. Дмитриева в басне «Орел, кит, уж и устрица»:

И устрица моя немало не винна...

У Державина:

Незлобно винных ты простишь.

(На шведский мир)

Ср. у Сумарокова в комедии «Чудовищи»: «Винная ли я, что едакой урод на меня навязался».

Точно так же знатный, как отглагольное прилагательное типа: занятный, понятный и т. п. (ср. знатный выкуп у Пушкина в «Арапе Петра Великого», знатная торговля и т. п.) исчезло не без влияния омонима — знатный, соотносительного с именем существительным знать. Ср. знатное общество, знатный род и т. п. Стремление избегнуть омонимии приводит к образованию короткого лексического ряда: обрусить — обрусение. Ожидаемые формы: обрушение, обрушивать (ср. повысить, повышение, повышен и т. д.) не осуществляются из-за неудобств омонимии (ср. обрушить, обрушивать, обрушен и т. п.) (ср.: Бодуэн де Куртенэ. Сборник задач по введению в языковедение. СПб., 1912, с. 59).

В древнерусском языке «можно указать примеры, что ”Алешка“ является уменьшительным не только от Алексея, но и от Александра, уменьшительные ”Митя“ не всегда указывает на Дмитрия, а иногда на Никиту и даже Никифора» (Лихачев Н.  П.  Двойные имена. Известия русского генеалогического общества. СПб., 1900, вып. 1, с. 126).

Опубликовано под названием «Винный, знатный и др.» в «Очерках по русскому языку» (Уч. зап. Калининского гос. пед. института. Т. 66. Ч.  1. Калинин, 1969) вместе со статьями «Заплата и задача», «Клянчить», «Сходный» под общим названием «Процессы устранения омонимии в русском литературном языке XVIII — XIX вв.». Всем статьям предшествует общее введение (см. комментарий к статье «Заплата и задача»).

В архиве сохранились выписки на двух листках, предваряемые авторским текстом:

«У Карамзина в повести ”Наталья, боярская дочь“: ”Но я — я винен перед тобою, государь великий! Я увез дочь боярина Матвея из родительского дому!“».

У А.  Ф.  Мерзлякова:

В чем я винен пред тобою,

Чем тебя я прогневил?

Разве тем, что всей душою

Я жестокую любил?

(В чем я винен пред тобою...)».

Печатается по опубликованному тексту. О слове винный см. также в статье «Виноватый» в III ч. настоящего издания. — Ю.  А.


Назад Содержание Вперед